За прошедшие месяцы он провёл здесь достаточно много времени. Знал каждую из мишеней. Знал, откуда на ограждении за ними царапина и знал, что ближайший к этой царапине деревянный раскрашенный круг опалён. Это была одна из его первых самостоятельных тренировок, когда он психанул и всадил по мишени кулаком. Пламя вырвалось, опалило дерево и так и осталось там чернеющим пятном поражения.
После этого он решил обратиться к Анариэль. Она была удивлена, когда он вернулся из Красного Леса, ещё и в компании Фиоры, он заметил, но как будто срок первичного, самого чистого удивления к тому моменту уже прошёл. Она знала. И с тех пор знала всё о его тренировках здесь, на стрельбище. Чёрт подери, да наверняка знала и сейчас. Как? Хрен его знает, видимо у эльфов глаза со всех сторон.
Хруст. Ещё один. Голова мотнулась из стороны в сторону, растягивая мышцы шеи. Следом плечи, руки, запястья. Он ненавидел разминаться, но с тех пор, как потянул плечо и едва не выбил себе лопатку понял, что перед стрельбой это условие необходимо. Совсем чутка догадывался, что не только перед стрельбой. Пальцы обхватили древко, соколиное оперение щекотнуло кожу. Стрела легла на верхнее плечо лука, скользнула ниже, едва касаясь рукояти (штука в центре дуги, по обе стороны от неё верхнее и нижнее плечи). Локоть подался назад, мышцы напряглись соразмерно растягиванию тетивы. Ленни замер, прислушиваясь к ощущениям, а затем прищурился и выстрелил. Наконечник ударил в мишень, едва касаясь центра. Плечи расслабились, рука потянулась за следующей стрелой.
У него не было проблем с меткостью. Наверное, это единственное, с чем у него не было проблем. Стойка, дыхание, чистые мысли — это всё давалось с трудом. Помнится, первое время он не раз рвал тетиву. Спину выкручивало так, что организм считывал напряжение мышц как готовность к перевоплощению. За каждую порванную тетиву его наказывали. Как и за каждый промах. Но со временем стрельба стала чем-то сродни медитации. Тем, к чему Ленни не особо расположен, если это не внережимный сон, так что с чистой головой всё ещё было так себе.
Когда крайняя стрела ударилась в мишень, рассекая одну из пяти соседних, в другой стороне стрельбища послышался радостный вскрик. Открытое ветру плечо опалило жгучим напоминанием. Ленни нахмурился, с трудом заставив себя не повернуть голову и вновь натянул тетиву.
— Спорим, я получу тут больше очков, чем ты?
Выстрел. Символично мимо всего стрельбища. Парень вздохнул, опуская руку. Забившееся плечо заныло, моля о пощаде.
— Ха? Бросаешь вызов? Мне? — усмехнулся Ленни, пальцами ныряя за спину и проверяя количество оставшихся стрел. Разбросанные тоже придется собрать, но не влетит же ему за то, что он сделает это позже? Вот если забудет...
— Пять выстрелов, — хмыкнул он, приглядываясь к мишени и на ходу выдавая сочиненные расценки*. — Центр — 10 очков, затем 8, 6, 4, 3, 2 и 1.
Затем, не выходя из стойки, приложил стрелу к дуге, натянул тетиву до спазма и выстрел вместе с выдохом в соседнюю, свободную от стрел мишень. Наконечник попал в разметку возле центра, ладонь обхватила новое древко.
— Плюс пять очков за скорость, согласна ведь? — клыкасто-обаятельно улыбнулся рыжий, делая второй выстрел. Вновь восьмёрка.
*опираюсь на картиночку в описании локации
- Подпись автора
Анкета // Отношения // Досье
Оборотень-полукровка, пирошерсть, 17 лет
Призывной фамильяр: Картошка
Ультразвуковый компаньон: Фиора
Состояние: хрустящее запястье, разбитый нос, ссадины на лбу
Одежда: темные штаны и рубаха свободного кроя, вырезка в зубах
Настроение: ВЫРЕЗКА
