Княжич невольно усмехнулся.
Разумеется. Даже спустя столько лет Великий Князь умудрялся получать выговоры от вампиров, которые помнили того ещё ребёнком.
И, что было особенно забавно, Феликс вовсе не собирался вставать на защиту отца.
Более того, несколько минут назад он бы с превеликим удовольствием выслушал все претензии почтенного господина и мысленно прибавил к ним ещё парочку собственных.
Однако стоило чужим упрёкам прозвучать вслух, как наследник Преанты с некоторым удивлением обнаружил, что уже оправдывает Великого Князя.
Впрочем, в защиту отца следовало признать: тот действительно появлялся в Соборе реже, чем того хотелось служителям. Не из пренебрежения и уж точно не из дурного умысла. Просто княжеских дел всегда оказывалось больше, чем часов в сутках.
Насколько помнил Феликс, последние лет двадцать это служило главным оправданием любого отсутствия Великого Князя.
И, что самое удивительное, оправдание это почти всегда было правдой.
- Уверяю вас, почтенный господин, отец забывает обещания вовсе не со зла. Просто государственные дела обладают удивительным свойством размножаться, стоит лишь на мгновение отвернуться.
Кажется, оправдывать отца он начал раньше, чем сам успел заметить.
- Ха-ха... Полагаю... это наследственное.
Впрочем, удивляло другое.
Служитель помнил и его собственное рождение.
На мгновение княжич поймал себя на мысли, что разговаривает с существом, для которого вся его жизнь - от первого крика до сегодняшнего весьма сомнительного визита - была не более чем ещё одной страницей в бесконечной летописи.
Странное чувство.
Господин, чьего имени Феликс с некоторым стыдом не мог вспомнить, говорил о звоне колоколов в день его рождения так же буднично, как иной человек вспоминал бы вчерашний завтрак.
Подобное чувство посещало Феликса не впервые. В Преанте это случалось с ним удивительно часто.
Стоило лишь встретить кого-нибудь из старых представителей расы, переживших не одно столетие, как привычная маска наследника, громкое имя Батори и вся сопутствующая им важность словно теряли часть своей значимости.
Для них он был... просто ребёнком.
Тем самым мальчишкой, чей первый крик они слышали, чьё рождение сопровождал звон колоколов и чьи детские шалости, вероятно, помнили лучше него самого.
Что ж, в свои двадцать восемь он уже давно смирился с тем, что в глазах подобных господ останется юнцом ещё лет пятьдесят, а то и все сто. И, если быть совсем честным, существовало в этом что-то даже забавное.
Лишь язвительный голос Астрид, прозвучавший в голове, заставил его едва заметно поморщиться.
«- Ха... А что ты предлагаешь? Быть может, нырнуть в фонтан прямо на глазах у почтенного господина? О, да. Уверен, Астрид, он оценит наше благочестие»
Однако следующие слова служителя заставили княжича замереть.
- На голове Матушки?..
Красные глаза удивлённо распахнулись. На краткий миг в душе даже вспыхнула надежда.
«Хвала Луне..."
Он уже почти видел, как эта история заканчивается мирно. Как они забирают злополучный мешочек, возвращают старосте её драгоценные золотые и покидают Собор, сохранив остатки достоинства.
Но затем до сознания медленно дошли последние слова.
Прошлый месяц.
Прошлый.
М е с я ц.
Надежда скончалась мгновенно. Феликс медленно прикрыл глаза и с тяжестью выдохнул.
«Конечно...»
Почему бы и нет. В конце концов, сегодняшний вечер ещё недостаточно поиздевался над ним.
- Какая... досада, - вздохнул он с самым искренним сожалением. - А я уже успел понадеяться, что Милосердная Луна решила вознаградить нас за все пережитые испытания.
Княжич картинно и очень печально вздохнул, после чего неожиданно сделал полшага в сторону, с самым невинным видом предоставляя своей спутнице полную свободу действий.
- Увы, почтенный господин, боюсь, это была лишь ложная надежда, - произнёс он с той особенной скорбной серьёзностью, с какой обычно сообщают о семейных трагедиях. - Моя дражайшая спутница... буквально сегодня умудрилась понести весьма тяжёлые финансовые потери.
Феликс ненадолго прикрыл глаза и сокрушённо покачал головой.
- Поистине... поистине ужасная история.
Вздохнул ещё раз. С особым чувством.
- И, как истинный джентльмен, я счёл своим долгом прийти на помощь даме, жестоко пострадавшей от собственной невнимательности.
После чего с поразительной невозмутимостью перевёл взгляд на Астрид. Очень вежливо. О-о-очень учтиво. И с совершенно предательским блеском в красных глазах.
- ...но, полагаю, леди сама расскажет вам все подробности этого прискорбного происшествия.
Княжич даже любезно приглашающе повёл рукой в её сторону.
- Не смею лишать её подобной чести.
Уголок губ предательски дрогнул.
- Будьте так добры, Астрид. Опишите почтенному господину ваш несчастный мешочек. В конце концов, я имел честь познакомиться с ним лишь сегодня, в то время как вы, несомненно, состояли с ним в более близких отношениях.
И, помедлив, добавил уже мысленно, с неприкрытой вредностью:
«- Ну же, Астрид. Помнится, ты уверяла, что прекрасно справилась бы с этим банальным заклинанием самостоятельно... Не смею отнимать у тебя столь редкое удовольствие. В ы к р у ч и в а й с я~»
Сегодня он определённо заслужил право немного позлорадствовать.
- Подпись автора
Феликс Батори
Отношения || Досье
Ламния, наследный княжич Преанты, куратор Агнета, преподаватель фехтования и рун
🦇 Возраст: 28 лет
🦇 Индивидуальная магия: перевоплощение, иллюзии
🦇 Специфика: чёрный маг с Тенебрисом в башке
🦇 Внешний вид: белый парадный костюм
🦇 Особенности: символ скорпиона на правом предплечье (скрыт под рукавом), множество проколов-серёжек в ушах, выделяющиеся шрамы на руках, спине и груди от серебра.
🦇 Мужской парфюм: коньячный шоколад, пачули, горький апельсин.
🦇 Артефакт: золотое кольцо с рубином (контроль), золотая брошь с розой (невидимость, прикреплена к пиджаку) [1][2]
🦇 С собой: Меч Сердцеед
🦇 Состояние: здрав, сыт и бодр
🦇 Настроение: суета...
Внешний вид: выторгованный у шкафа 
